Рост цен на нефть пополнил ФНБ, но выплаты нефтекомпаниям съели львиную долю

Рост цен на нефть пополнил ФНБ, но выплаты нефтекомпаниям съели львиную долю

Россия впервые с июня прошлого года пополнила Фонд национального благосостояния — дополнительный приток средств вызван ростом мировых цен на нефть после напряжения в Персидском заливе.

С 8 мая по 4 июня Минфин планирует закупить иностранную валюту и золото на сумму около 110,3 млрд рублей (примерно по 5,8 млрд рублей в день). С учётом компенсаций операций Центробанка за март–апрель объём чистых покупок сократится до примерно 1,2 млрд рублей в день.

По данным Минфина, доходы бюджета от ключевого нефтяного налога (НДПИ) в апреле более чем удвоились по сравнению с мартом — с 443 млрд до 917 млрд рублей.

Однако почти весь эффект от более высоких цен был съеден трансфертами в пользу нефтяных компаний: свыше 350 млрд рублей были направлены на поддержку отрасли — сдерживание цен на бензин и ремонт НПЗ, которые подвергались ударам дронов.

В результате нефтегазовые доходы бюджета в апреле составили 856 млрд рублей при прогнозе в 835 млрд. В Минфине ожидают, что основной эффект от роста цен проявится в мае.

Министр финансов указывал, что дополнительный приток порядка 200 млрд рублей касается, прежде всего, оценки за май.

Рост цен на энергоносители, вызванный конфликтом в Персидском заливе и нарушениями поставок через Ормузский пролив, приносил ежедневные дополнительные нефтяные поступления на сотни миллионов долларов; этому также способствовало временное смягчение части внешних санкционных ограничений.

Эффект подорожания нефти отразился в бюджете с задержкой. В марте нефтегазовые доходы рассчитывались по февральским платежам и упали на 45% год к году, а по сравнению с февралем отмечалось лишь незначительное увеличение за счёт квартальных выплат.

В апреле в бюджет начали поступать платежи по НДПИ за март — первый полный месяц после обострения в Персидском заливе. По оценкам аналитиков, эти поступления могли составить около $9 млрд (примерно 700 млрд рублей), но и этого оказалось недостаточно, чтобы полностью покрыть дефицит бюджета, который по итогам первого квартала превысил годовой план примерно на 20%.