Контекст и причины
В конце 2025 — начале 2026 годов Китайские таможенные органы активизировали проверки российского рапсового масла на наличие ГМО. Партия в 1 тыс. тонн из Орловской области была заблокирована; ряд экспортёров получил предупреждения с угрозой исключения из китайской регистрации CIFER.
Россельхознадзор ужесточил контроль за следами ГМО по всей цепи производства масла; государственные лаборатории показывают наличие ГМО даже там, где независимые лаборатории не обнаруживают.
Перерабатывающие заводы перестали принимать рапс, чтобы избежать издержек и санкций. Участники рынка считают, что регулятор действует так, чтобы минимизировать претензии со стороны Китая.
Экспорт из Сибири фактически остановился: остаются лишь микрорегионы в Центральной Азии — «статпогрешность».
Цены на рапс обвалились до 26 тыс. руб. за тонну (в 2025 году было около 40 тыс. руб.). Площади под рапсом в Сибири достигли рекордного уровня — более 1,7 млн гектаров; урожай, как минимум, не ниже прошлого года.
В Новосибирской области на 22 октября намолочено 385,3 тыс. тонн рапса, в Красноярском крае — около 400 тыс. тонн.
Депутат Константин Терещенко заявил, что кризис ударяет по экономике региона и по крупным инвестиционным проектам, включая завод «Маслов» в Новосибирской области.
Он направил обращение в аграрный комитет регионального парламента и вынес вопрос на заседание.
«Сибирский рапс — это рабочие места, доходы бюджета, продовольственная безопасность и экспортный потенциал. Мы не можем позволить потерять то, что создано годами упорной работы», — подчеркнул депутат.
Терещенко предлагает создать оперативный штаб при минсельхозе региона с участием аграриев, полпреда и представителей Россельхознадзора, а также провести контрольную поставку на примере одного хозяйства, чтобы проследить путь от поля до границы с Китаем и определить, где возникают «ГМО».
Также следует сравнить методики определения ГМО в российских лабораториях и тех, что применяет Китай.
