Переговоры с Китаем о строительстве газопровода «Сила Сибири‑2», который должен был заменить потерянные европейские поставки, окончательно зашли в тупик. Во время недавней поездки российского руководства в Пекин китайская сторона попросила отложить обсуждение проекта до изменения условий, заявив, что нынешние предложения Москвы её не устраивают.
Требования Китая
Пекин требует радикального снижения цены и готов подписать контракт лишь в том случае, если цена будет сопоставима с внутренним уровнем в России — порядка $50 за тысячу кубометров. Сейчас китайская сторона уже получает российский газ со значительными скидками: в этом году цена для Китая составляет около $258,8 за тысячу кубометров, что на 39% ниже, чем у других дальних зарубежных клиентов (~$420,2). По прогнозам, в следующем году цена для КНР может снизиться до $223,9 за тысячу кубов (скидка ~34%).
Позиция России и статус проекта
Российская делегация, сопровождавшая президента, столкнулась с категоричным отказом китайской стороны обсуждать проект при нынешних условиях: фактически Пекин требует значительных субсидий от Москвы. В сентябре 2025 года российская сторона объявляла о подписании «юридически обязывающего меморандума», который должен был запустить строительство трубопровода из западносибирских месторождений в Китай, но со стороны КНР подтверждений этому не последовало. Более того, по итогам недавних деловых контактов проект не был упомянут в ряде подписанных двусторонних документов.
Мнения экспертов
- Йорг Вуттке (партнёр DGA Group) считает, что Китай может вовсе не подписать контракт: мирового газа сейчас достаточно, а импортный спрос в КНР ожидается пиковым лишь к середине 2030‑х. Строительство трубопровода займёт годы, поэтому у Пекина нет смысла связывать себя обязательствами, повышающими зависимость от одной страны.
- Александр Габуев полагает, что Пекин может сознательно затягивать переговоры, добиваясь улучшения своих условий — ожидать, пока экономическая ситуация в России ослабнет и Москва будет вынуждена принять более жёсткие требования.
В целом перспективы проекта пока остаются неопределёнными: у Китая есть рычаги давления, а у России — интерес в поиске новых рынков после сокращения экспорта в Европу.
