Александр Лукашенко рассказал, какой он видит «большую сделку» с США. По его словам, вопрос политзаключённых и санкций — лишь второстепенная тема. Ради чего он на самом деле готов торговаться с Дональдом Трампом?
В беседе с ведущим российского телеканала RT Риком Санчесом Александр Лукашенко подтвердил, что разговоры о некой «большой сделке» с США ведутся уже давно. Он подчеркнул, что возможная встреча с Дональдом Трампом для него не самоцель: «Откровенно говоря, было бы приятно увидеть этого человека с глазу на глаз и пожать ему руку, но это не главное. Надо понимать, что, помимо того, что мы обычные люди, которые хотят пообщаться и познакомиться друг с другом, мы ещё и президенты, поэтому встреча должна быть подготовлена».
То, чего именно Лукашенко ожидает от «большой сделки» с США, эксперты объяснили в комментариях.
«Политзаключённые, санкции — это мелочь»
Лукашенко надеется, что до возможной «большой сделки» между Беларусью и США будет подготовлено и согласовано специальное соглашение. По его словам, предполагаемая встреча в Соединённых Штатах не должна выглядеть как разговор «вассала с императором»: «Это не напыщенность, не петушиная политика, а политика реального президента, который уважает собственный народ. Я готов к этой встрече, мы готовы к сделке, но её нужно подготовить так, чтобы в ней были учтены интересы и США, и Беларуси».
Он утверждает, что ошибочно считать, будто «у американцев только один интерес — освободить так называемых политзаключённых в Беларуси, а взамен снять санкции». По его мнению, «политзаключённые, санкции — это мелочь», тогда как «существует куда более широкий круг вопросов, которые предстоит урегулировать» и которые и составляют суть той самой «большой сделки».
«Пик политической карьеры»
По словам бывшего дипломата и главы Агентства евроатлантического сотрудничества Валерия Ковалевского, возможная поездка Лукашенко в США имеет для него исключительное значение: «Это пик его политической карьеры. За всё время его правления ещё не было такого, чтобы он встречался с президентом США для полноформатных переговоров».
Ковалевский отмечает, что возможная встреча Лукашенко и Трампа особенно важна на фоне нынешней обстановки вокруг Беларуси: «Существует угроза суверенитету и независимости страны. Продолжается война, и не исключены сценарии, при которых Россия попытается глубже втянуть Беларусь в военное противостояние не только с Украиной, но и со странами Запада. Для Лукашенко крайне важно, чтобы визит в США состоялся и позволил ему отстаивать собственные интересы. В первую очередь речь идёт о сохранении личной власти в Беларуси, но для того, чтобы ею пользоваться, ему приходится думать и об укреплении суверенитета государства».
Политолог Валерий Карбалевич считает, что Лукашенко важен весь комплекс возможных договорённостей, включая отмену американских санкций и сделки по поставкам белорусского калия на рынок США. «Опираясь на эти договорённости, можно пытаться преодолевать и европейские санкции, прежде всего добившись возобновления доступа к Клайпедскому порту, через который до ограничений шли поставки белорусских калийных удобрений. То есть, зацепившись за калий как за одно звено, вытащить всю цепь, — поясняет политолог. — Плюс пробить дипломатическую блокаду на западном направлении. Европейские страны не признают Лукашенко президентом Беларуси, а для него крайне важно добиваться признания со стороны западных государств и выбираться из изоляции».
Историк и политический обозреватель Александр Фридман предполагает, что в рамках «большой сделки» обсуждаться может весь спектр мер по нормализации отношений: «Это и возвращение посла США в Беларусь, и возможное восстановление прямого авиасообщения, и, вероятно, крупные экономические проекты. Лукашенко заинтересован в инвестициях со стороны Соединённых Штатов. Добившись сделки в формате “освобождение политзаключённых в обмен на отмену санкций”, он, по сути, хочет выйти на более масштабные договорённости, прежде всего в экономической сфере».
Лукашенко уже торопится?
Переговоры между белорусскими властями и администрацией Дональда Трампа продолжаются уже более года. За это время на свободу вышли несколько групп политзаключённых, а США сняли санкции с белорусских калийных удобрений, а также с национального авиаперевозчика, ряда банков и Минфина. Однако полноценная «большая сделка», в рамках которой могли бы быть освобождены все политзаключённые, пока так и не была заключена.
По словам Карбалевича, сейчас неясно, какая сторона в большей степени тормозит переговорный процесс: «Переговоры проходят в закрытом формате. Возможно, если бы Лукашенко пошёл на более решительные шаги в вопросе освобождения политзаключённых, процесс мог бы ускориться».
Ковалевский считает, что ближайшие несколько месяцев — это период, в который Лукашенко было бы выгодно довести сделку до логического завершения: «Речь идёт прежде всего о внутриполитической ситуации в США, где готовятся промежуточные выборы в Конгресс. Когда через несколько месяцев кампания войдёт в наиболее активную фазу, у Дональда Трампа и его администрации будет гораздо меньше времени на белорусскую повестку». При этом бывший дипломат подчёркивает: немаловажны способность Лукашенко и его окружения к переговорам, умение идти на уступки и компромиссы.
По словам Фридмана, Лукашенко осознаёт, что диалог с ним в Вашингтоне ведут во многом потому, что видят в нём потенциально полезный фактор в контексте украинского урегулирования: «Он понимает, что внешнеполитическая ситуация меняется настолько быстро, что любое соглашение может быть перечёркнуто новыми событиями — будь то война на Ближнем Востоке, резкое охлаждение отношений между Вашингтоном и Пекином или новый виток напряжённости в отношениях США и России. В таких условиях ждать и откладывать договорённости, возможно, не самое разумное решение, и заключать сделку стоит как можно раньше».
Ждёт ли Лукашенко гарантий от США?
Карбалевич полагает, что Лукашенко хотел бы включить в «большую сделку» целый пакет вопросов: «Гарантии со стороны США, что он не повторит судьбу Николаса Мадуро в Венесуэле или высшего иранского руководства, для него тоже имели бы значение».
Политолог напоминает, что американская администрация уже демонстрировала готовность идти на крайне жёсткие шаги, когда считает тот или иной вопрос принципиальным: «Вероятность того, что Лукашенко окажется в положении Мадуро, невелика, но у страха глаза велики. Недаром спецпредставитель президента США Джон Коул после переговоров с Лукашенко говорил, что белорусского руководителя до чёртиков напугали события в Венесуэле и в Иране. Видимо, именно таким было его впечатление от бесед в Минске».
Ковалевский же уверен, что говорить о каких‑либо долгосрочных гарантиях со стороны США пока преждевременно: «Нужно помнить, что Лукашенко остаётся, по сути, союзником России, а не США, чтобы Вашингтон был готов взять его под своё крыло. Ожидать от американской стороны таких обязательств — явно завышенное ожидание».
В то же время, по мнению экс‑дипломата, если сделка всё же будет заключена и появятся новые договорённости, которые продвинут стороны по пути нормализации отношений, «в перспективе такие разговоры теоретически возможны». «Однако вряд ли Москва захочет уступать роль гаранта безопасности Лукашенко Вашингтону», — добавляет он.
