Масштаб изъятия частной собственности в России измеряется триллионами рублей. Власть пытается вернуть часть национализированных активов на рынок через приватизацию, однако спрос на многие лоты крайне слабый — покупатели либо не появляются, либо предлагают значительно ниже первоначальной оценки.
Масштабы национализации
По подсчётам юридической компании Nektorov, Saveliev & Partners (NSP), с 2022 года у частных владельцев было изъято активов примерно на 6,5 трлн рублей. Процесс ускорился: если в 2024 году национализация затронула активы на ~690 млрд рублей, то в 2025‑м — около 3,12 трлн. Данные Генеральной прокуратуры и других ведомств дают ещё более крупные оценки — в 2025 году в собственность государства по искам переходило имущество на сумму в несколько триллионов рублей.
Пять основных юридических моделей изъятия
- Иск как способ взыскания долгов перед государством (включая фискальные требования и возмещение экологического ущерба).
- Признание имущества «незаконно нажитым» в делах об антикоррупции.
- Отзыв прав у владельцев с иностранным гражданством или видом на жительство.
- Обвинения в причастности к экстремистской деятельности или финансированию запрещённых организаций.
- Оспаривание результатов приватизации прошлых лет и признание сделок недействительными.
Как государство распоряжается изъятыми активами
Официально Росимущество и Минфин заявляют о задаче не удерживать активы в госсобственности, а реализовывать их. Тем не менее доходы от продажи пока малы по сравнению с объёмами изъятий: в 2025 году поступления от приватизации национализированных активов составили около 84,2 млрд рублей, в 2026‑м планировалось выручить не менее 100 млрд.
Даже заметные сделки — например, продажа аэропорта Домодедово за 66,1 млрд рублей — происходят по цене существенно ниже первоначальных ожиданий государства: изначально актив оценивался примерно вдвое дороже.
Аукционы часто не собирают претендентов
Частые примеры неудач: уже несколько аукционов по продаже крупных пакетов (например, 67,2% акций крупного золотодобытчика) признавались несостоявшимися из‑за отсутствия участников. Для таких лотов планируется перевод торгов в формат голландского аукциона с понижением цены — вплоть до 50% от стартовой (в одном из случаев стартовая цена была установлена на уровне 162 млрд рублей).
Другие примеры: безуспешные попытки продать лизинговую компанию, коммерческую недвижимость стоимостью более 90 млрд рублей и региональные активы стоимостью в несколько миллиардов. Во многих случаях покупатели не приходят или активы уходят по цене значительно ниже первоначально заявленной.
Почему интерес со стороны бизнеса низкий
Основная причина слабого спроса — общее сокращение инвестиций в стране: рентабельность бизнеса падает, кредиты недоступны из‑за высокой ставки, а рынок сделок M&A переживает спад. Также потенциальных покупателей отпугивают репутационные, юридические и политические риски, связанные с покупкой национализированных активов.
Перераспределение в пользу «правильных» владельцев
Помимо открытых торгов, значительная часть имущества передаётся в управление или переходят к «проверенным» компаниям без конкурентных процедур; затем такие активы могут быть перепроданы по заниженным ценам. В результате крупные сельскохозяйственные активы и отраслевые предприятия переходят к государственным банкам или частным структурам, близким к властям.
Эксперты отмечают, что у национализации есть фискальный мотив, но он часто не главный: ключевым фактором считается перераспределение активов в пользу выбранных владельцев, а не только пополнение бюджета.
